Когда до порта осталось всего трое суток, я воспользовался этим, чтобы отказаться от удовлетворения естественных потребностей.
Мне хватало иллюминатора.
Вокруг меня царила удушливая атмосфера ненависти и скуки.
Замечу, кстати, что пароходная скука невероятна, это нечто космическое.
Она заполняет все -- море, судно, небо.
Жертвоприношение! Оно неотвратимо ожидало меня.
Осязаемую форму дело приобрело вечером, после обеда, на который я, измученный голодом, все-таки пошел.
Я сидел, уткнувшись носом в тарелку, не смея даже вынуть платок из кармана и утереть пот.
Никто никогда не глотал пищу с такой скромностью.
Задом я чувствовал непрерывную мелкую вибрацию от машин.
Новости
Тарифы
